close
Share with your friends

Обзор важных налоговых споров 2020

Обзор важных налоговых споров 2020

Лариса Антощук руководитель практики разрешения налоговых споров, адвокат KPMG Law Ukraine проанализировала наиболее актуальную для представителей бизнеса судебную практику, на что следует обращать внимание налогоплательщикам и какую позицию занимает налоговый орган

По теме

Источник: Лига Закон

Акцизный налог: изменения в любые элементы налогов и сборов, принятые позднее чем за шесть месяцев до начала нового бюджетного периода, в котором планируется ввод в действие таких изменений, применяются не раньше начала бюджетного периода, следующего за плановым

Налогоплательщик по административному делу обжаловал налоговое уведомление-решение (далее - «ППР») о доначислении налоговых обязательств по уплате акцизного налога и штрафных санкций за реализацию реформата (товара с кодом УКТ ВЭД 2707509000, который отнесен к подакцизным как «топливо» с 1 января 2016 года, а ввезен компанией до вступления в силу соответствующих изменений в законодательство).

Суды первой и второй инстанции согласились с доводами налогоплательщика , что статья 213 Налогового кодекса Украины (далее - «НК Украины») не относит к объекту налогообложения акцизным налогом операции по оптовой реализации продукта «реформат», который ввезен на таможенную территорию Украины до 1 января 2016 года, поскольку, по мнению судов, в соответствии с подпунктами 213.1.3, 213.1.9 пункта 213.1 статьи 213 НК Украины налоговое обязательство по уплате акцизного налога возникает у субъекта хозяйствования во время его ввоза на таможенную территорию Украины и в случае его дальнейшего розничной продажи; операции по оптовой торговле подакцизными товарами в пределах объема импортируемого продукта статья 213 НК Украины не относит к объекту налогообложения акцизным налогом.

Поскольку по состоянию на момент ввоза продукта «реформат» на таможенную территорию Украины он не относился к подакцизным, по мнению судов, у налогоплательщика не возникало налогового обязательства, когда остатки данного товара были реализованы после 1 марта 2016 путем оптовой продажи, в связи с чем начисление ему акцизного налога и штрафных санкций не соответствует действующему законодательству.

Коллегия судей Верховного Суду указала, что Законом Украины от 24 декабря 2015 № 909-VIII «О внесении изменений в Налоговый кодекс Украины и некоторые законодательные акты Украины относительно обеспечения сбалансированности бюджетных поступлений в 2016 году» с 1 января 2016 года товар по коду согласно УКТ ВЭД 2707509000 ( «реформат») отнесен к подакцизным товарам (пункт 52 раздела I Закона). Таким образом, указанным законом усилена налоговая нагрузка на субъект хозяйствования, в частности, расширен круг товаров, которые являются подакцизными, в связи с чем данный законодательный акт является таким, который ухудшает положение налогоплательщика.

Суд отметил, что системный анализ п.4.1.9 и п. 4.3 ст.4 НК Украины дает основания для вывода, что изменения в любых элементах налогов и сборов, принятые позднее чем за шесть месяцев до начала нового бюджетного периода, в котором планируется ввод в действие таких изменений, применяются не раньше начала бюджетного периода, следующего за плановым.

Таким образом, применение с 1 января 2016 года акцизного налога к товару по коду согласно УКТ ВЭД 2707509000 («реформат») не соответствует принципу стабильности налогового законодательства. Спорное ППР признано противоправным и отменено.

Подробнее - в Постановлении Верховного Суда по делу №826/3644/17 от 7 декабря 2019 г.

Признание представительства «постоянным»: с учетом вида деятельности нерезидента (сбор, оценка, публикации, предоставления консультаций; продажа международных данных и информации), и, учитывая деятельность истца, которая заключалась в сборе информации и передаче ее для третьих лиц нерезидентом, такие действия указывают на хозяйственный характер осуществляемых функций .

Налоговый спор начался еще в конце 2012 года, когда представительство немецкой компании обжаловало выводы налогового органа о доначислении налога на прибыль на основании переквалификации его деятельности в «постоянное представительство». Положительные для плательщика решение судей первой-третьей инстанции в 2016 году отменил Верховный Суд и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Во второй раз Верховный Суд вернул дело на новое рассмотрение в декабре 2017 года. По третьему кругу рассмотрения спора все решения, включая решения Верховного Суда, вынесены в пользу налогового органа, учитывая следующие выводы и аргументы.

Налоговый орган настаивал на том, что третьи лица в Германии осуществляли закупку у материнской компании информации, а она поручала работу представительству в Украине. По мнению фискального органа, такая деятельность не подпадает под деятельность, освобождаемую от налогообложения. В частности, налоговый орган привел следующие аргументы:

  • фактически представительство осуществляло деятельность, аналогичную деятельности нерезидента, которая не являлась вспомогательной в понимании соглашений об избежании двойного налогообложения;
  • такое постоянное представительство (которым фактически является истец) приравнивается в целях налогообложения к налогоплательщику, который осуществляет свою деятельность независимо от такого нерезидента, поскольку выполняет функции и задачи, аналогичные тем, которые выполняет головная компания.

По утверждению контролирующего органа, истец по своей сути является постоянным представительством, а потому средства, полученные от нерезидента, является полученным с источником происхождения из Украины доходом и, следовательно, подлежат налогообложению. Как указано в акте налоговой проверки , работники Представительства по результатам сбора информации не отправляют в головную компанию отчеты в традиционном понимании этого понятия, они в определенных случаях получают доступ к серверам головной компании и заполняют через веб-интерфейс специальные отчетные формы, то есть содержание информации, передаваемое таким образом от Представительства к головной компании, непосредственно хранится на серверах головной компании без создания и сохранения копий в компьютерах и документах истца.

Контраргументы представительства касались следующих обстоятельств:

  • деятельность представительства не соответствует признакам постоянного представительства, поскольку состояла фактически в содержании постоянного места деятельности исключительно для целей закупки товаров или изделий или для сбора информации для нерезидента;
  • суды предыдущих инстанций безосновательно сослались на факт получения истцом преимуществ Соглашения между Правительством Украины и Правительством Федеративной Республики Германия об избежании двойного налогообложения и предупреждении налоговых уклонений относительно налогов на доходы и капитал, подписанного 3 июля 1995 года и вступившего в силу 4 октября 1996, и истец в обоснование своей позиции не указывал, что он осуществлял деятельность вспомогательного или подготовительного характера;
  • средства, полученные от своей материнской компании, являются средствами, переданными в пределах одного юридического лица без перехода права собственности на эти средства, одновременно истец вообще не имел никаких доходов от любой деятельности, а следовательно, правомерно не определял в декларации доходы; истец не приравнивается к нерезиденту, не осуществляет свою деятельность независимо от нерезидента-учредителя представительства, поскольку он использует способ налогообложения путем расчета суммы расходов с коэффициентом 0,7, а его доходы определяются по правилам раздела III НК Украины без исключений, в том числе применяется правило невключения в доход сумм, перечисленных в пределах одного юридического лица как безвозвратной финансовой помощи;
  • суд апелляционной инстанции, решая спор, применил Порядок расчета налоговых обязательств по налогу на прибыль нерезидентов, осуществляющих деятельность на территории Украины через постоянное представительство, утвержденный приказом Министерства финансов Украины от 25 июня 2013 г. №610, который в момент возникновения спорных правоотношений не вступил в силу; правило относительно тождественности деятельности представительства и материнской компании установлено только в подзаконном акте, одновременно такие положения отсутствуют в НК Украины;

Суды установили, что представительство осуществляло сбор информации для материнской компании с той целью, чтобы материнская компания в будущем распространяла или реализовывала ее третьим лицам, что подтверждается заключенными договорами с субъектом предпринимательской деятельности и актами выполненных работ. Судьи проанализировали письма Представительства в различные органы государственной власти, договора на оказание услуг по исследованию рынка с субъектом предпринимательской деятельности и приказами о командировке в страны ближнего зарубежья (в частности, в Москву - на 2 суток, Белоруссию).

Верховный Суд указал, что можно выделить три различных степени присутствия нерезидента в другой стране.

Во-первых, нерезидент может получать доходы из другой страны вообще без присутствия в такой стране (например, путем получения из такой страны процентов или роялти). В таких случаях договоры об избежании двойного налогообложения предоставляют странам ограниченное право облагать налогом соответствующие доходы, которое связано не с концепцией постоянного представительства, а с другими концепциями.

Во-вторых, нерезидент с целью осуществления деятельности в другой стране может создать в такой стране дочернее предприятие. Дочернее предприятие, будучи юридически обособленным, будет наделено всеми признаками налоговой правосубъектности, в частности - налоговой резиденцией другой страны. В то же время, международные договоры об избежании двойного налогообложения учитывают то, что дочерние предприятия не являются полностью независимыми от материнских компаний, а находятся в определенной субординации. Поэтому международными договорами об избежании двойного налогообложения закреплен «принцип вытянутой руки» в качестве механизма учета налоговых последствий субординации между материнскими и дочерними компаниями.

В-третьих, нерезидент может создать в другой стране представительство или иное структурное подразделение, или просто разместить в другой стране определенное имущество и персонал. С функциональной точки зрения такая деятельность нерезидента аналогична созданию дочернего предприятия, но соответствующее структурное подразделение (имущество, персонал), отделены лишь территориально, но не юридически. Концепция «постоянного представительства» предназначена именно для юридического классификации подобных ситуаций территориальной, но не юридической обособленности определенного имущества или персонала нерезидента. В целях налогообложения юридическая функция постоянного представительства дополнена концепцией отдельной налоговой правосубъектности, которая в целях налогообложения должна учесть налоговые последствия юридического единства представительства и компании в целом. Следовательно, концепция налоговой правосубъектности заключается в том, что постоянное представительство для целей налогообложения рассматривается как отдельный (от нерезидента) субъект.

Реализация концепции налоговой правосубъектности имеет определенные особенности учитывая специфику деятельности компаний, осуществляющих свою деятельность через представительства в нескольких странах. Особенностью таких компаний является то, что компания несет расходы в одних странах (в частности, через представительства), а доходы должен получать на банковские счета (компаний или других представительств), открытые в других странах.

Для решения дела Верховный Суд использовал положение Комментариев ОЭСР к Модельной конвенции. Так, текст Соглашения об избежании двойного налогообложения в части определения понятия «постоянное представительство» соответствует определению, которое приведено в Модельной конвенции. Суд указал, что положения Модельной налоговой конвенции ОЭСР, а также официального Комментария к ней имеют важное значение при исследовании такого вопроса, как наличие или отсутствие у представительства нерезидента в Украине статуса постоянного представительства. Для признания представительства нерезидента имеющим статус постоянного представительства, по мнению суда, необходимым условием является осуществление им коммерческой деятельности.

Выяснение характера хозяйственной деятельности нерезидента, согласно выводам Верховного Суда, имеет значение, учитывая определение постоянного представительства. Так, при осуществлении на территории Украины представительством хозяйственной деятельности, в частности, но не исключительно, деятельности, направленной на оказание услуг третьим лицам (консультаций, рекламных акций и т.д.), и осуществления иных действий, которые могут свидетельствовать о «хозяйственном» или «коммерческом» характере деятельности представительства, представительство приобретает признаки постоянного и обязано платить налог на прибыль с доходов, полученных с источником происхождения из Украины.

Учитывая виды деятельности нерезидента (сбор, оценка, публикации, предоставления консультаций; продажа международных данных и информации), и принимая во внимание деятельность истца, которая заключалась в сборе информации и передаче ее для третьих лиц нерезидентом, суды предыдущих инстанций обоснованно исходили из того, что такие действия истца указывают на хозяйственный характер осуществляемых функций. Письма за подписью главы Представительства, содержащиеся в материалах дела, которые констатируют факт ведения хозяйственной деятельности и заключения соглашений с различными государственными институтами, дополнительно подтверждают такую квалификацию.

Ключевым для определения прибыли, относящейся к постоянному представительству, и, соответственно, подлежащей налогообложению, является установление не только видов деятельности, которые должны осуществлять согласно учредительным документам головная компания и ее представительство, но и сущности внутрихозяйственных операций между представительством и головным офисом.

Верховный Суд поддержал выводы судов предыдущих инстанций о необходимости квалификации деятельности истца как постоянного представительства, которое подлежит обложению налогом на прибыль предприятий, учитывая совокупность установленных судами предыдущих инстанций обстоятельств, которые указывают на то, что:

  • деятельность представительства имела характер обособленного подразделения, а следовательно, бесспорно, имела характер места деятельности;
  • виды деятельности представительства и нерезидента совпадают;
  • деятельность, осуществлявшаяся представительством, фактически дублировала деятельность, которую вела его головная компания;
  • функции, осуществленные истцом, носили хозяйственный характер и были направлены на получение дохода, учитывая то, что деятельность истца заключалась в сборе информации, которая в дальнейшем была передана нерезидентом третьим лицам;
  • деятельность истца носила постоянный и регулярный характер, в частности, материнская компания фактически осуществляла свою деятельность на территории Украины через представительство путем предоставления услуг по распространению информации о других компаниях-нерезидентах;
  • деятельность представительства не было вспомогательного и подготовительного характера;

Подробнее в Постановлении Верховного Суда по делу № 2а-16434/12/2670 от 17.10.2019 г.

Вопрос дисконтирования по П(С)БУ по договору займа: просроченная задолженность не может рассматриваться как долгосрочная, так как период возврата средств получателю уже наступил

Верховный Суд принял первые решения, касающиеся дисконтирования долгосрочной задолженности по национальным положениям (стандартам) бухгалтерского учета (далее - «П(С)БУ»). Нижеследующее решение не является окончательным, поскольку дело направлено на новое рассмотрение, однако приведенные выводы являются критическими и показательными для данной категории споров в целом.

Согласно фабуле дела, по результатам проверки налоговый орган осуществил дисконтирование долгосрочной задолженности (займа) и уменьшил сумму отрицательного значения объекта налогообложения налогом на прибыль за 2017 год вследствие дисконтирования долгосрочного кредита.

Налоговый орган настаивал, что справедливая стоимость компенсации при реализации выплат определяется путем дисконтирования всех будущих поступлений с использованием условной ставки процента. Условная ставка процента будет точно определена из двух ставок: доминирующей ставки на подобный инструмент эмитента с подобной кредитной ставкой и процентной ставки, которая дисконтирует номинальную сумму компенсации инструмента к текущей денежной цене продажи товаров или предоставления услуг. Так, проценты признаются в том отчетном периоде, к которому они относятся, на основе базы их начисления и срока пользования соответствующими активами с учетом экономического содержания соответствующей сделки.

Дополнительно представитель налогового органа указал на то, что дисконтирование заключается в переводе будущей стоимости денег в текущую (нынешнюю) и вызвано, в первую очередь, обесценением денег во времени. Полученная заемщиком выгода должна быть отражена в бухгалтерском учете в виде налогооблагаемого дохода, на сумму которого, соответственно, уменьшено отрицательное значение объекта налогообложения налогом на прибыль. Средневзвешенная ставка по долгосрочным кредитам в валюте, которая была использована при расчетах, несущественно отличается от рыночной процентной ставки на аналогичный инструмент (подобный по валюте, сроку, типу, процентной ставке и другим признакам), а использованная контролирующим органом в акте проверки формула дисконтирования является общепринятой (приведена в учебниках по экономике).

Истец опровергал такой подход фискального органа тем, что по договору займа с нерезидентом он не имел никаких дополнительных платежей и комиссий, а процентная ставка 11% годовых является эффективной процентной ставкой для указанного займа в пределах определенных НБУ размеров. То есть, при получении займа на рыночных условиях дисконтирование теряет всякий смысл, поскольку начисленные проценты нивелируют любые дополнительные экономические выгоды от получения займа, отличные от его непосредственного использования в хозяйственной деятельности.

То есть, по мнению налогоплательщика, о необходимости признания дохода можно говорить только в случае получения займа не на рыночных условиях, когда процентная ставка значительно ниже рыночной, а значит, истец не должен был признавать любые доходы при получении процентного займа от нерезидента по рыночной процентной ставке в 2015-2017 годах. Истец не соглашался с применением ответчиком средневзвешенной ставки по долгосрочным кредитам в валюте и дополнительно отмечал, что при определении текущей стоимости задолженности по займу ответчик ошибочно применил формулу для одноразового платежа в конце срока без учета необходимости погашения также процентов по займу.

Также налогоплательщик указывал на факт, что его договор не является долгосрочным, а также настаивал на необходимости амортизации разницы между себестоимостью и стоимостью погашения финансовых инвестиций (дисконт) в течение периода с даты их приобретения до даты их погашения по методу эффективной процентной ставки (налоговый орган не учел данное обстоятельство в акте проверки).

Верховный Суд, проанализировав требования стандартов П(С)БО определил, что при осуществлении бухгалтерского учета задолженности по полученной ссуде первоочередным является определение ее статуса. Соответственно, краткосрочные кредитные операции следует отражать на дату баланса по номинальной стоимости. В свою очередь, дисконтированию на дату баланса подлежат только долгосрочные денежные обязательства, по которым предусматриваются будущие платежи, и только на тот срок, который остается до погашения (по условиям договора).

Для признания задолженности, по которой срок погашения на дату баланса составляет менее двенадцати месяцев, долгосрочной, обязательной признана совокупность двух условий: первоначальный срок погашения такой задолженности был больше, чем 12 месяцев, и до утверждения финансовой отчетности существует соглашение о пролонгации (переоформлении) такого соглашения на срок более 12 месяцев.

Просроченная задолженность не может рассматриваться как долгосрочная, так как период возврата средств получателю уже наступил. Тот факт, что задолженность по обязательствам фактически возвращена на дату баланса (до срока истечения исковой давности), не предоставляет ей статуса долгосрочной, поскольку в любой момент кредитор имеет право требовать возврата всей суммы такой задолженности.

В свою очередь, из положений бухгалтерского учета следует, что операция по пролонгации займа на срок, не превышающий 12 месяцев, в бухгалтерском учете отражается через счета текущих обязательств, а если срок продления действия превышает один год - через счета долгосрочных обязательств. То есть, определяющим является не срок погашения такой задолженности, а срок, на который продлено действие договора.

По результатам нового рассмотрения, суды должны разобраться с тем обстоятельством, что заключение дополнительных соглашений и пролонгация обязательств меняет существенные условия первоначального договора займа и, соответственно, может повлиять на изменение статуса такой задолженности и на наличие у истца обязанности ее дисконтирования. Суды должны установить периоды пролонгации договора займа и, при их наличии, периоды просрочки уплаты задолженности, в результате чего можно будет с уверенностью отнести имеющуюся задолженность к определенному виду на отчетную дату за весь период проверки.

Дополнительно суды в процессе нового рассмотрения должны проанализировать корректность расчета дисконтирования, осуществленного налоговым органом, - ответчиком при определении текущей стоимости задолженности применена формула без учета установленного договором займа ежеквартального срока начисления процентов, без учета суммы процентов по годовой ставке 11%, которую должен заплатить заемщик, а также без учета собственно дисконта, который должен был в дальнейшем амортизироваться.

По мнению Верховного Суда, анализ корректности проведенного ответчиком расчета дисконтирования обязательств по займу требует специальных знаний, а потому такие обстоятельства могут быть установлены судами путем назначения и проведения судебно-экономической (бухгалтерской) экспертизы.

Подробнее в Постановлении Верховного Суда по делу №826/16321/18 от 04.12.2019 г.

ЕСВ для ФЛП, осуществляющего независимую профессиональную деятельность: изменение контролирующим органом учета лица плательщика единого взноса способом, не установленным Законом или установленным подзаконным нормативно-правовым актом, который не соответствует Закону в этой части, и начисление на основании таких действий единого взноса противоречат принципам законности и надлежащего управления

В суд с иском о признании неправомерным и отмене требования об уплате долга (недоимки) по единому взносу на общеобязательное государственное социальное страхование обратилось физическое лицо-предприниматель, находящееся на упрощенной системе налогообложения (третья группа), осуществляющее несколько видов деятельности, включая независимую профессиональную деятельность.

21 мая 2019 года Верховный Суд своим постановлением открыл производство по этому административному делу как образцовому на основании представления судьи Харьковского окружного административного суда, а также материалов других типовых дел № 520/1629/19, № 520/1911/19, № 520/2216/19, № 520/2731/19, № 520/2948/19, №520/3017/19, № 520/3191/19, № 520/3250/19, № 520/3251/19, № 520/3500/19, №520/3528/19, № 520/3679/19, № 520/3703/19 с аналогичными исковыми требованиями, основаниями и со ссылкой на те же нормы права, регулирующие спорные правоотношения.

Согласно выводам Верховного Суда, которые являются положительными для налогоплательщика, законодатель разделяет плательщиков единого взноса на физических лиц-предпринимателей и лиц, осуществляющих независимую профессиональную деятельность.

В целом, выводы Верховного Суда следующие:

  • При наличии существующего правового регулирования принятие и пребывание на учете плательщика единого взноса физического лица-предпринимателя с признаком осуществления независимой профессиональной деятельности не предусмотрено.
  • Принятие контролирующим органом на учет лица как плательщика единого взноса - физического лица-предпринимателя (пункт 4 части первой статьи Закона О сборе и учете единого взноса на общеобязательное государственное социальное страхование» (далее - 2464-VI) и внесение сведений в реестр застрахованных лиц делает невозможным начисления единого взноса, применимое для другой категории плательщика, без принятия соответствующих решений и внесения изменений относительно предыдущего учета лица в соответствии с установленным Законом способом и подзаконными нормативно-правовыми актами.
  • Подзаконный нормативно-правовой акт специальной учетной политики в части определения такой категории плательщиков единого взноса, как физическое лицо-предприниматель с признаком осуществления независимой профессиональной деятельности, не соответствует статье 4 Закона №2464-VI.
  • Изменение контролирующим органом учета лица плательщика единого взноса способом, не установленным Законом или установленным подзаконным нормативно-правовым актом, который не соответствует Закону в этой части, и начисления на основании таких действий единого взноса противоречат принципам законности и надлежащего управления.

Подробнее в Решении Большой Палаты Верховного Суда от 02.09.2019 по делу №520/3939/19- относительно налогообложения самозанятого лица, которое одновременно зарегистрировано как ФЛП

Выплата пассивных доходов нерезиденту: необходимым условием применения правил налогообложения, предусмотренных международным договором, является факт подтверждения статуса резидента, в пользу которого выплачен доход с источником происхождения из Украины, на момент совершения такой выплаты

Верховный Суд пришел к неожиданным выводам относительно применения льготной ставки налога на доходы нерезидентов при выплате процентов в разрезе применения концепции «бенефициарного владельца».

Налоговый орган доначислил налог на доходы нерезидентов по ставке 15% и применил штрафные санкции к украинской компании, которая в 2013 году выплачивала дивиденды участнику - резиденту Кипра. По второму кругу рассмотрения налогоплательщик выиграл дело в суде первой и апелляционной инстанции. Верховный Суд отменил решения предыдущих судов, применив неожиданные в этой категории споров аргументы.

Суд указывает, что согласно пункту 103.4 статьи 103 Налогового кодекса Украины, основанием для освобождения (уменьшения) от налогообложения доходов с источником их происхождения из Украины является представление нерезидентом, с учетом особенностей, предусмотренных пунктами 103.5 и 103.6 этой статьи, лицу (налоговому агенту), которое выплачивает ему доходы, справки (или ее нотариально заверенной копии), подтверждающей, что нерезидент является резидентом страны, с которой заключен международный договор Украины (далее - справка), а также других документов, если это предусмотрено международным договором Украины.

Суд пришел к выводу, что налогоплательщик имеет право применить льготное налогообложение при выплате доходов нерезиденту, предусмотренное условиями международного договора (по данному делу - Соглашения между Правительством Союза Советских Социалистических Республик и Правительством Республики Кипр об избежании двойного налогообложения доходов и имущества, подписанного 29.10.1982 г.), если:

  • это предусмотрено положениями международных договоров Украины со странами резиденции лиц, в пользу которых осуществляются выплаты, которые вступили в силу;
  • если такой нерезидент является бенефициарным (фактическим) получателем (собственником) дохода и является резидентом страны, с которой заключен международный договор Украины.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что вышеприведенные обстоятельства подтверждают факт выплаты украинской компанией дивидендов в пользу нерезидента-киприота, которая, исходя из содержания статуса предприятия и договора купли-продажи, приобретя право собственности в 2012 году на корпоративные права истца, получила право на распоряжение прибылью прошлых лет и выплату дивидендов за указанные годы. Поэтому, осуществив в ноябре 2013 года перечисление дивидендов в результате распределения прибыли за 2006-2008 гг., 2012 г. в пользу кипрской компании на основании соответствующего решения владельца от 13.11.2013 г., истец обоснованно не удержал по таким операциям и не уплатил налог на прибыль по ставке в размере 15% в порядке, предусмотренном международным договором.

По мнению судей Верховного Суда, судами предыдущих инстанций не учтено, что в спорном случае необходимым условием применения правил налогообложения, предусмотренных международным договором, является факт подтверждения статуса резидента именно на момент совершения такой выплаты - ноябрь 2013 года. При этом обстоятельства относительно пребывания кипрского резидента в статусе резидента установлены на основании справки (свидетельства) от 18.02.2013 г. Такой документ не может быть выдан раньше, чем состоялись сделки между субъектами хозяйствования, поскольку ни один орган не имеет компетенции выдавать документы, удостоверяющие факт резидентства лица заранее.

Так, Верховный Суд приходит к неожиданному выводу, что датированная 18.02.2013 г.. справка (свидетельство) не является надлежащим доказательством пребывания получателя дивидендов в статусе резидента Республики Кипр в ноябре 2013 года, что исключает основания для вывода о наличии предусмотренного пунктом 103.4 статьи 103 Налогового кодекса Украины основания для освобождения (уменьшения) истца от налогообложения доходов с источником их происхождения из Украины.

Дополнительно Верховный Суд указал, что не видит установления судами предыдущих инстанций на основании надлежащих и допустимых доказательств факта, что именно получатель дивидендов является бенефициарным (фактическим) получателем (собственником) дивидендов, выплаченных в его пользу украинским предприятием в ноябре 2013 года. Хотя, анализируя мотивировочную часть решений судов первой и второй инстанции (новое рассмотрение), понятно, что в материалах присутствовали апостилированное «письмо о бенефициарности» от получателя доходов, уставные документы с подтверждением, что менеджмент кипрской компании вправе самостоятельно определять дальнейшую экономическую судьбу дохода.

Заслуживает внимания и вывод о правильности применения к выплатам пассивных доходов 2014 текста соглашения об избежании двойного налогообложения с Кипром (новая или старая редакция?). По мнению судей, при формальном толковании положений Конвенции об избежании двойного налогообложения между Украиной и Кипром от 08.11.2012 г. фактически образуется временной промежуток, в течение которого нормы Соглашения между Правительством Союза Советских Социалистических Республик и Правительством Республики Кипр об избежании двойного налогообложения доходов и имущества, подписанного 29.10.1982 г., уже не действуют, а нормы действующей Конвенции еще не начали действовать.

Указанная ситуация, по мнению судей, связана с наличием разногласий между текстами Конвенции, изложенными на украинском и английском языках, поскольку, согласно английского текста Конвенции, Соглашение между Правительством Союза Советских Социалистических Республик и Правительством Республики Кипр об избежании двойного налогообложения доходов и имущества, подписанное 29.10.1982 г., прекращает действие с момента, когда начинают применяться положения Конвенции, то есть с 01.01.2014 г., а не с момента, когда Конвенция вступает в силу (07.08.2013 г.).

В то же время статьей 27 Конвенции от 08.11.2012 г. предусмотрено, что в случае возникновения разногласий по вопросам толкования украинского и греческого (?) текстов Конвенции, преимущественную силу будет иметь текст на английском (!) языке.

Таким образом, согласно статье 26 Конвенции от 08.11.2012 г., она будет применяться в двусторонних украинского-кипрских отношениях с 01.01.2014 г. До этого времени в силе остаются положения Соглашения между Правительством Союза Советских Социалистических Республик и Правительством Республики Кипр об избежании двойного налогообложения доходов и имущества, подписанного 29.10.1982 г., поскольку Конвенция от 08.11.2012 г.. заключалась для замены настоящего Соглашения.

Подробнее в Постановлении ВС от 10.12.2019 г.. по делу №806/1213/15.

Антощук Лариса, адвокат, руководитель практики по разрешению налоговых споров KPMG Law Ukraine

Свяжитесь с нами

 

Хотите узнать больше?

 

loading image Запрос об услугах KPMG